Инфоновости

Поддержка сайта
Starten Goodgame Empire zu spielen und sehen Sie selbst, wie s?chtig dieses farbenfrohe Spiel mit einer positiven Einstellung. Die entspannte Atmosph?re wird wirklich entspannen am Computer f?r alle Mal zu beseitigen die Langeweile aus Ihrer Freizeit! Аппарат для рф лифтинга на сайте http://medlaser.net .
Счетчики
Письмо IV Всесоюзному съезду Союза советских писателей
(Главная страница : Общественная жизнь : Переписка : Письмо IV Всесоюзному съезду Союза советских писателей)


ПИСЬМО IV ВСЕСОЮЗНОМУ СЪЕЗДУ СОЮЗА СОВЕТСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ
(Вместо выступления)

В президиум съезда и делегатам
Членам ССП
Редакциям литературных газет и журналов
16 мая 1967

Не имея доступа к съездовской трибуне, я прошу Съезд обсудить:

I. то нетерпимое дальше угнетение, которому наша художественная литература из десятиле-тия в десятилетие подвергается со стороны цензуры и с которым Союз писателей не может ми-риться впредь.
Не предусмотренная конституцией и потому не¬законная, нигде публично не называемая, цензура под затуманенным именем Главлита тяготеет над нашей художественной литературой и осуществляет произвол литературно-неграмотных людей над писателями. Пережиток средне-вековья, цензура доволакивает свои мафусаиловы сроки едва ли не в XXI век! Тленная, она тя-нется присвоить себе удел нетленного времени: отбирать достойные книги от недостойных.
За нашими писателями не предполагается, не признается права высказывать опережающие сужде¬ния о нравственной жизни человека и общества, по-своему изъяснять социальные про-блемы или истори¬ческий опыт, так глубоко выстраданный в нашей стране. Произведения, кото-рые могли бы выразить назревшую народную мысль, своевременно и цели¬тельно повлиять в области духовной или на разви¬тие общественного сознания, — запрещаются либо уродуются цензурой по соображениям мелочным, эгоистическим, а для народной жизни недально¬видным.
Отличные рукописи молодых авторов, ещё ни¬кому не известных имен, получают сегодня из ре¬дакций отказы лишь потому, что они «не пройдут». Многие члены Союза и даже делегаты этого Съезда знают, как они сами не устаивали перед цензурным давлением и уступали в струк-туре и замысле своих книг, заменяли в них главы, страницы, аб¬зацы, фразы, снабжали их блёк-лыми названиями, чтобы только увидеть их в печати, и тем непоправи¬мо искажали их содержа-ние и свой творческий метод. По понятному свойству литературы все эти искажения губитель-ны для талантливых произведе¬ний и совсем нечувствительны для бездарных. Именно лучшая часть нашей литературы появляет¬ся на свет в искажённом виде.
А между тем сами цензурные ярлыки («идеоло¬гически вредный», «порочный» и т. д.) недол-говеч¬ны, текучи, меняются на наших глазах. Даже До¬стоевского, гордость мировой литературы, у нас одно время не печатали (не полностью печатают и сей¬час), исключали из школьных про-грамм, делали не¬доступным для чтения, поносили. Сколько лет счи¬тался «контрреволюцион-ным» Есенин (и за книги его даже давались тюремные сроки)? Не был ли и Маяковский «анар-хиствующим политическим хулиганом»? Десятилетиями считались «антисовет¬скими» неувя-даемые стихи Ахматовой. Первое роб¬кое напечатание ослепительной Цветаевой десять лет на-зад было объявлено «грубой политической ошибкой». Лишь с опозданием в 20 и 30 лет нам возвратили Бунина, Булгакова, Платонова, неотвра¬тимо стоят в череду Мандельштам, Воло-шин, Гуми¬лёв, Клюев, не избежать когда-то «признать» и За¬мятина, и Ремизова. Тут есть раз-решающий мо¬мент — смерть неугодного писателя, после которой, вскоре или невскоре, его возвращают нам, сопро¬вождая «объяснением ошибок». Давно ли имя Пас¬тернака нельзя было и вслух произнести, но вот он умер — и книги его издаются, и стихи его цитируют¬ся даже на це-ремониях.
Воистину сбываются пушкинские слова:
Они любить умеют только мёртвых!
Но пзднее издание книг и «разрешение» имён не возмещают ни общественных, ни художе-ственных потерь, которые несёт наш народ от этих уродливых задержек, от угнетения художе-ственного сознания. (В частности, были писатели 20-х годов — Пильняк, Платонов, Мандель-штам, которые очень рано указы¬вали и на зарождение культа личности и на особые свойства Сталина, — однако их уничтожили и заглу¬шили, вместо того чтобы к ним прислушаться.) Ли-тература не может развиваться в категориях «пропустят — не пропустят», «об этом можно — об этом нельзя». Литература, которая не есть воз¬дух свременного ей общества, которая не смеет пе¬редать обществу свою боль и тревогу, в нужную пору предупредить о грозящих нрав-ственных и социальных опасностях, не заслуживает даже назва¬ния литературы, а всего лишь — косметики. Такая литература теряет доверие у собственного народа, и тиражи её идут не в чте-ние, а в утильсырьё.
Наша литература утратила то ведущее мировое положение, которое она занимала в конце прошлого и в начале нынешнего века, и тот блеск экспери¬мента, которым она отличалась в 20-е годы. Всему миру литературная жизнь нашей страны представ¬ляется сегодня неизмеримо бед-ней, площе и ниже, чем она есть на самом деле, чем она проявила бы себя, если б её не ограни-чивали и не замыкали. От этого проигрывает и наша страна в мировом об¬щественном мнении, проигрывает и мировая литера¬тура: располагай она всеми нестеснёнными плодами нашей лите-ратуры, углубись она нашим духовным опытом — всё мировое художественное развитие по¬шло бы иначе, чем идёт, приобрело бы новую устой¬чивость, взошло бы даже на новую художе-ственную ступень.
Я предлагаю Съезду принять требование и до¬биться упразднения всякой — явной или скрытой — цензуры над художественными произведениями, освободить издательства от повинности получать разрешение на каждый печатный лист.
II. ...обязанности Союза по отношению к своим членам. Эти обязанности не сформулирова-ны чётко в уставе ССП («защита авторских прав» и «меры по защите других прав писателей»), а между тем за треть столетия плачевно выявилось, что ни «дру¬гих», ни даже авторских прав го-нимых писателей Союз не защитил.
Многие авторы при жизни подвергались в печати и с трибун оскорблениям и клевете, отве-тить на которые не получали физической возможности, более того — личным стеснениям и преследованиям (Булгаков, Ахматова, Цветаева, Пастернак, Зощен¬ко, Андрей Платонов, Алек-сандр Грин, Василий Гроссман). Союз же писателей не только не предо¬ставил им для ответа и оправдания страниц своих печатных изданий, не только не выступил сам в их защиту, — но ру-ководство Союза неизменно прояв¬ляло себя первым среди гонителей. Имена, которые составят украшение нашей поэзии XX века, оказа¬лись в списке исключённых из Союза, либо даже не принятых в него! Тем более руководство Союза малодушно покидало в беде тех, чьё преследо-вание окончилось ссылкой, лагерем и смертью (Павел Ва¬сильев, Мандельштам, Артём Весё-лый, Пильняк, Ба¬бель, Табидзе, Заболоцкий и другие). Этот перечень мы вынужденно обрыва-ем словами «и другие»: мы узнали после XX съезда партии, что их было более шестисот — ни в чём не виновных писателей, кого Союз послушно отдал их тюремно-лагерной судьбе. Однако свиток этот ещё длинней, его закрутившийся конец не прочитывается и никогда не прочтётся нашими глазами: в нём записаны имена и таких молодых прозаиков и поэтов, кого лишь слу-чайно мы могли узнать из личных встреч, чьи дарования погибли в лагерях нерасцветшими, чьи произведения не пошли дальше кабинетов госбезопасности времён Ягоды-Ежова-Берии-Абакумова.
Новоизбранному руководству Союза нет никакой исторической необходимости разделять со старыми руководствами ответственность за прошлое.
Я предлагаю чётко сформулировать в пункте 22-м устава ССП все те гарантии защи-ты, которые предоставляет союз членам своим, подвергшимся клевете и несправедливым преследованиям, — с тем чтобы невозможно стало повторение беззаконий.

Если Съезд не пройдёт равнодушно мимо сказан¬ного, я прошу его обратить внимание на за-преты и преследования, испытываемые лично мною:
1. Мой роман «В круге первом» (35 авт. листов) скоро два года как отнят у меня государст-венной безопасностью, и этим задерживается его редакци¬онное движение. Напротив, ещё при моей жизни, во¬преки моей воле и даже без моего ведома, этот роман «издан» противоестест-венным «закрытым» изданием для чтения в избранном неназываемом кругу. Добиться публич-ного чтения, открытого обсуждения романа, отвратить злоупотребления и плагиат я не в силах. Мой роман показывают литературным чиновникам, от большинства же пи¬ сателей прячут.
2. Вместе с романом у меня отобран мой литературный архив 20- и 15-летней давности, ве-щи, не предназначавшиеся к печати. Закрыто «изданы» и в том же кругу распространяются тен-денциозные из¬влечения из этого архива. Пьеса «Пир победителей», написанная мною в стихах наизусть в лагере, когда я ходил под четырьмя номерами (когда, обречённые на смерть измо-ром, мы были забыты обществом и вне лагерей никто не выступил против репрессий), давно покинутая, — эта пьеса теперь приписывается мне как самоновейшая моя работа.
3. Уже три года ведётся против меня, всю войну провоевавшего командира батареи, награж-дённого боевыми орденами, безответственная клевета: что я отбывал срок как уголовник, или сдался в плен (я никогда там не был), «изменил Родине», «слу¬жил у немцев». Так истолковы-ваются 11 лет моих лагерей и ссылки, куда я попал за критику Сталина. Эта клевета ведётся на закрытых инструктажах и собраниях людьми, занимающими официальные посты. Тщетно я пытался остановить клевету обра¬щением в Правление ССП РСФСР и в печать: Прав¬ление даже не откликнулось, ни одна газета не на¬печатала моего ответа клеветникам. Напротив, в послед-ний год клевета с трибун против меня уси¬лилась, ожесточилась, использует искажённые ма¬териалы конфискованного архива — я же лишён возможности на неё ответить.
4. Моя повесть «Раковый корпус» (25 авт. лис¬тов), одобренная к печати (1-я часть.) секцией прозы московской писательской организации, не может быть издана ни отдельными главами (отвергнуты в пяти журналах), ни тем более целиком (отвергну¬та «Новым миром», «Просто-ром» и «Звездой»).
5. Пьеса «Олень и шалашовка», принятая театром «Современник» в 1962 году, до сих пор не разрешена к постановке.
6. Киносценарий «Знают истину танки», пьеса «Свет, который в тебе», мелкие рассказы («Правая кисть», «Как жаль», серия крохотных) не могут найти себе ни постановщика, ни изда-теля.
7. Мои рассказы, печатавшиеся в журнале «Новый мир», не переизданы отдельною книгою ни разу, отвергаются всюду («Советский писатель», Гослитиздат, Библиотека «Огонька») и, та-ким образом, недоступны для широкого читателя.
8. При этом мне запрещаются и всякие другие контакты с читателями: публичное чтение от-рывков (в ноябре 1966 г. из таких уже договоренных 11 вы¬ступлений было в последний момент запрещено 9) или чтение по радио. Да просто дать рукопись «про¬честь и переписать» у нас те-перь под уголовным запретом (древнерусским писцам пять столетий на¬зад это разрешалось!).
Так моя работа окончательно заглушена, замк¬нута и оболгана.
При таком грубом нарушении моих авторских и «других» прав — возьмется или не возьмет-ся IV Все¬союзный съезд защитить меня? Мне кажется, этот выбор немаловажен и для литера-турного будущего кое-кого из делегатов.
Я спокоен, конечно, что свою писательскую за¬дачу я выполню при всех обстоятельствах, а из могилы — ещё успешнее и неоспоримее, чем живой. Никому не перегородить путей правды, и за движе¬ние её я готов принять и смерть. Но, может быть, многие уроки научат нас наконец не останавливать пера писателя при жизни?
Это ещё ни разу не украсило нашей истории.
А. Солженицын

Письмо IV Всесоюзному съезду Союза советских пи¬сателей (16 мая 1967). — История написания изложена автором в книге «Бодался телёнок с дубом». Письмо было разослано по почте в 250 адресов в середине мая 1967, один экземпляр принесен лично автором в техниче¬ский секретариат съезда 16 мая и сдан под расписку. Пер-вая публикация — по-французски в газете «Monde» (Париж), 31.5.1967; позже — ряд газетных публикаций на разных языках; по-русски — множественно в эмигрантской печати. На родине Письмо впервые напечатано спустя 22 года — в журнале «Слово» (Москва), 1989, № 8; в журнале «Смена» (Москва), 1989, № 23, и др.

Солженицын А. И.
С 60
Публицистика: В 3 т. Т. 2. — Ярославль: Верх.-Волж. кн. изд-во, 1996. — Т. 2: Обществен-ные заявления, письма, интервью. — 1996.
С. 27-33.






просмотрено раз: 9953

  Форум Тема Ответов Просмотров Сообщение
Флейм Каким образом устанавливать власть в стране 0 6150 litipo
15.3.14 17:52
Флейм Болезнь детской наивности 0 5597 litipo
15.3.14 17:49
Общение Русская государственность 4 20368 litipo
15.3.14 17:42
Общение События 1993 года 1 11688 litipo
15.3.14 17:36
Общение росссия = солярис 5 21609 litipo
15.3.14 17:31
»»  Посетить форумы
>

Блок авторизации
Ник

Пароль



Забыли пароль?

Нет учетной записи?
Зарегистрируйтесь!

Чаще читают в прессе:

Объявления

Инфоновости
Сайт об Александре Солженицыне

#Как правильно хранить обувь
#Отправляемся в путешествие: собираем аптечку
#Книги в подарок: как их выбирать?
#Как выбрать качественный автосервис?
#Почему на лице появляются белые подкожные прыщики
#Как выбрать картину в свое жилище?
#Как научиться читать стихи?
#Если вы решили отмечать свадьбу на открытом воздухе
#Весенние каникулы – всей семьей
#Справочники, которые должны быть у каждого



- Генерация страницы: 0.69934 секунд -