Добро пожаловать к Солженицыну


Глава 2. ПРИ АЛЕКСАНДРЕ I.

Дата:  11.9.08 | Раздел: Двести лет вместе


Глава 2. ПРИ АЛЕКСАНДРЕ I.

К концу 1804 Комитет о благоустроении евреев закончил свою работу выработкой "Положения о евреях" (известно как "Положение 1804 г.") - первый в России законодательный свод о евреях. Комитет объяснял, что видит целью своей перевести евреев в лучшее состояние и к путям полезной деятельности, "отворяя только путь к собственной их пользе... и удаляя всё, что с дороги сей совратить их может, не употребляя, впрочем, никакой власти"1. - Положение устанавливало принцип гражданского равноправия евреев (статья 42): "Все евреи, в России обитающие, вновь поселяющиеся или по коммерческим делам из других стран прибывающие, суть свободны и состоят под точным покровительством законов наравне с другими российскими подданными". (По комментарию проф. Градовского, в этой статье "нельзя не видеть стремления... слить этот народ со всем населением России".)2

"Положение" открывало евреям больше возможностей, нежели первоначальные предложения Державина; так, при заведении текстильных и кожевенных фабрик, при переходе к сельскому хозяйству на неосвоенных землях предлагалась и государственная прямая помощь. Евреи получали право и приобретать землю - без крепостных крестьян на ней, но с правом использования наёмных рабочих-христиан. Давалось право евреям-фабрикантам, купцам и ремесленникам выезжать за пределы черты оседлости "на время по делам", чем ослаблялась недавно установившаяся "черта". (Отмена двойной подати в этом году ещё только обещалась, - но она и отпала вскоре затем.) Подтверждались все права евреев на неприкосновенность их собственности, личную свободу, свою особенную веру и свободу общинного устройства, - то есть кагальная организация была оставлена без значительных изменений (хотя это уже подрывало замысел влития еврейства во всероссийскую гражданственность), с прежним правом собирания податей, дающим кагалам столь неограниченную власть, - но без права увеличения своих сборов; и с запретом религиозных наказаний и проклятия (херема), - тем была дана свобода хасидам. В согласие с настойчивым желанием кагалов не был принят план учреждения общеобразовательных еврейских школ, но "все дети евреев могут быть принимаемы и обучаемы, без всякого различия от других детей, во всех российских училищах, гимназиях и университетах", причём никто из детей в тех школах не будет "ни под каким видом отвлекаем от своей религии, ни принуждаем учиться тому, что ей противно и даже несогласно с нею быть может". А евреи, "кои способностями своими достигнут в университетах известных степеней отличия в медицине, хирургии, физике, математике и других знаниях, будут в оных признаваемы и производимы в университетские степени". Считалось необходимым усвоение евреями языка окружающей местности, перемена внешнего вида и присвоение фамильных имён. - Комитет заключал, что в других странах "нигде не было употреблено к сему средств более умеренных, более снисходительных и с пользами их [евреев] теснее соединённых". И Ю.И.Гессен соглашается, что российское Положение 1804 г. накладывало на евреев меньше ограничений, чем, например, прусский Регламент 1797 г. И особенно ещё при том, что евреи имели и сохраняли личную свободу, которой не имел многомиллионный массив крепостного крестьянства России3. - "Положение 1804 г. относится к числу актов, проникнутых терпимостью"4.

Тогдашний распространённый журнал "Вестник Европы" писал: ""Александр знает, что пороки, еврейской нации приписываемые, суть необходимые следствия сего закоренелого угнетения, которое давит их в продолжение многих столетий". Цель нового закона - дать государству полезных граждан, а евреям - отечество"в.

Однако самый острый вопрос разрешался Положением не так, как соединённо хотели все евреи - и еврейское население, и депутаты кагалов, и еврейские сотрудники Комитета. В Положении стояло: "Никто из евреев... ни в какой деревне и селе не может содержать никаких аренд, шинков, кабаков и постоялых дворов, ни под своим, ни под чужим именем, ни продавать в них вина и даже жить в них" в - и предстояло совершенно удалить еврейское население из деревень в течение трёх лет, то есть к началу 1808. (Мы помним, что такая мера намечалась ещё при Павле в 1797, и прежде, чем возник проект Державина: не поголовное удаление евреев из деревень, но "чтобы численность еврейского населения в деревнях не превышала экономических сил крестьян, как производительного класса, было предложено лишь разредить евреев в уездных селениях"7.) Теперь предполагалось обратить большинство евреев к земледельческому труду на пустующих землях черты оседлости, Новороссии, ещё губерний Астраханской и Кавказской, - с освобождением на 10 лет от платимой ныне подати, с правом "получать от казны на заведение заимообразную ссуду", начав возвращать её тоже через 10 льготных лет; а более состоятельным - предлагалось приобретать землю в личную и потомственную собственность с правом обработки её наёмными работниками8.

Об отказе от виноторговли аргументировал Комитет:

"Доколе отверст будет Евреям сей промысел... который, наконец, столь общему подвергает их самих нареканию, презрению и даже ненависти обывателей, дотоле общее негодование к ним не прекратится"9. А между тем ""можно ли назвать меру сию [выселение из деревень] для них стеснительною, когда, вместе с тем, открывается евреям множество других способов не только содержать себя в безбедном состоянии, но делать приобретение - в земледелии, фабриках, ремёслах, когда вместе с сим открывается им способ даже владеть землёю в собственность. Каким образом ограничением одной ветви промышленности может быть стеснён сей народ в таком государстве, где тысячи других для него отверсты", где удобные к хлебопашеству и разным заведениям земли в губерниях плодородных и малонаселённых. ..?"10.

Аргументы, кажется, весомые. Однако Гессен находит у Комитета "наивн(ый] взгляд... на природу экономической жизни народа... что экономические явления можно видоизменять чисто механическим способом, путём приказов"11. С еврейской стороны оценили намеченную высылку из деревень и запрет корчемного промысла, этого "векового занятия" евреев12, - как ужасное и жестокое решение. (И таким же - осуждала его и полвека и век спустя еврейская историография.)

По либеральным взглядам Александра I, его доброжелательному отношению к евреям, его изломчивому характеру, его ненастойчивой воле (вероятно, на всю жизнь подорванной вступлением на престол через насильственную смерть отца) - вряд ли провозглашённое выселение евреев из деревень состоялось бы энергично, не было бы растянуто даже и при спокойной государственной обстановке. А тут, почти сразу за Положением 1804 года, - замаячила война с Наполеоном, началась на полях Европы, а тут и последовали благожелательные к евреям меры Наполеона, создавшего в Париже Синедрион из еврейских депутатов. "Всё еврейское дело приняло вдруг неожиданный оборот. Бонапарте учредил в Париже собрание Евреев, имевшее главною целью предоставить еврейской нации разные преимущества и образовать связи между Евреями, рассеянными по Европе". И в 1806 Александр I повелел составить новый комитет "для соображения, не нужно ли принять каких-нибудь особенных мер и отсрочить переселение Евреев" 1з. Требовалось и от русского правительства никак не выставиться притеснителем евреев.

Назначенное в 1804 выселение евреев из деревень Должно было начаться с 1808. Но выступили ещё и практические затруднения, и по ним в 1807 Александру I подавались докладные о необходимости отсрочить выселение. Тогда же был издан высочайший указ: "дозволить всем еврейским обществам... избрать депутатов и представить, посредством их... о способах, кои сами они признают более удобными к успешнейшему исполнению мер, в Положении 9 декабря 1804 г. изображённых". Выборы таких еврейских депутатов по западным губерниям состоялись, и их отзывы были представлены в Петербург. "Депутаты, конечно, высказались за то, чтобы выселение было отложено на долгий срок". (Тут ещё то было соображение, что в деревнях шинкари имели бесплатные квартиры от помещиков, а в местечках и городах за них придётся платить.) А министр внутренних дел докладывал, что для переселения евреев из нынешнего деревенского жительства на казённые земли "потребно несколько десятков лет, по чрезмерному их [евреев] количеству"14. И к концу 1808 Император распорядился приостановить статью, запретившую евреям аренды и винные промыслы, и оставить евреев на местах "до дальнейшего впредь повеления"16. Тут же (1809) был учреждён новый "Комитет сенатора Попова" для изучения круга еврейских вопросов с рассмотрением ходатайств еврейских депутатов. Этот комитет "признал необходимым "решительным образом" прекратить предпринятое выселение, сохранив за евреями право на аренды и на торговлю водкой". Комитет работал три года, представил свой доклад Государю в марте 1812. Александр I не утвердил доклада: он и не хотел подрывать значение прежнего решения и не утерял побуждение действовать в защиту крестьян: "он готов был бы смягчить меру выселения, но никак не отказаться от неё"17. - Однако вот уже грянула и большая война с Наполеоном, затем европейская, интересы Александра перенеслись - и уже никогда "выселение более не предпринималось в виде общей меры для всей черты оседлости, а лишь как частные распоряжения в отдельных местностях".

Во время войны, согласно одному источнику: евреи были единственными жителями, которые не бежали от французской армии ни в леса, ни вовсе прочь; вокруг Вильны: отказались подчиниться наполеоновскому приказу вступать в их армия, но фураж и провиант поставляли им беспрекословно; однако местами потребовались и насильственные поборы19. Другой источник, сообщая, что "еврейское население сильно пострадало от бесчинств солдат Наполеона", "было сожжено много синагог", говорит и шире:

"Большую помощь оказывала русским войскам во время войны так называемая "еврейская почта", созданная еврейскими торговцами и передававшая информацию с невиданной в то время быстротой ("почтовыми станциями" служили корчмы)"; даже "евреев использовали в качестве курьеров для связи между отрядами русской армии". Когда же возвращалась русская армия, "евреи восторженно встречали русские войска, выносили солдатам хлеб и вино". Тогда ещё великий князь, будущий Николай I записал в дневнике:

"Удивительно, что они [евреи] в 1812 отменно верны нам были и даже помогали, где только могли, с опасностью для жизни. 20.

Известен эпизод, как в ключевой момент французского отступления через Березину местные евреи сообщили русскому командованию ожидаемое место переправы. Но это была удавшаяся уловка генерала Лорансэ: он уверен был, что евреи донесут это сведение русским (а французы переправились, разумеется, в другом месте) 21.

С присоединением к России после 1814 и центральной Польши - присоединилось ещё и более 400 тысяч евреев, и еврейская проблема становилась для российского правительства только ещё настоятельней и сложней. В 1816 Государственный совет Царства Польского, жившего во многом как бы отдельной государственной жизнью, постановил начать выселение евреев из деревень, разрешая евреям оставаться лишь для прямого земледельческого труда и без помощи христиан. Но (по ходатайству варшавского кагала, мгновенно достигшему Государя) Александр распорядился оставить евреев на местах и в Польше, - разрешив торговать и водкой, лишь с единственным запрещением: торговать ею в долг.

Правда, в сенатских Правилах 1818 г. снова были такие параграфы: "Уничтожить разорительную для крестьян экзекуцию со стороны владельцев, за неотдачу еврейских долгов, отчего крестьяне принуждены бывают продавать последнее своё достояние... Евреям, арендующим корчмы, не позволять давать крестьянам в рост деньги, на веру вино и забирать у них за сие скот или что другое, необходимое крестьянину"23.

Как характерно для всего царствования Александра, последовательности в принимаемых мерах не бывало; правила возглашались, а не возникало действенного контроля за их исполнением. Также, например: "уставом 1817 года о питейном сборе в великорусских губерниях евреям было запрещено там винокурение, однако, уже в 1819 г. запрет был отменён", - "впредь до усовершенствования русских мастеров в винокурении"м.

Разумеется, искоренение еврейских винных промыслов из сельской местности Западного края упиралось в противодействие польских помещиков, корыстно заинтересованных, - а российское правительство тогда ещё не смело действовать против помещиков. Однако в Черниговской губернии, где не было векового укоренения помещичье-еврейского винного промысла, - его удалось прекратить в 1821, когда губернию постиг неурожай и губернатор донёс, что ""евреи содержат в тяжком порабощении" казённых крестьян и казаков"зв. В 1822 осуществили эту меру и в Полтавской губернии; в 1823 - частично расширили запрет на Могилёвскую и Витебскую. Но дальше эти меры были остановлены усиленными ходатайствами кагалов.

Итак, борьба с винными промыслами путём выселения евреев из деревень - по сути за всё четвертьвековое царствование Александра I не сдвинулась.

Однако винокурение было не единственным видом аренды у помещиков в черте оседлости. Арендаторы брали на откуп и отдельные отрасли хозяйства, отдельные угодья, где мельницу, где рыбную ловлю, где мосты, а то и целиком имения - и тогда под аренду попадали не только сами крепостные крестьяне (такие случаи с конца XVIII в. участились ), но даже и "хлопские церкви", то есть православные храмы, как сообщает ряд авторов - Н.И. Костомаров, М.Н.Катков, В.В.Шульгин. Те храмы, входя в состав имения, считались личной собственностью католиков-помещиков, и "в качестве арендаторов евреи считали себя вправе взимать деньги с посещающих храм и с совершающих требы. Чтобы окрестить, обвенчаться или похоронить, надо было получить разрешение "жида" за соответственную мзду"; "малорусские исторические песни наполнены горькими жалобами на "жид1в-орендар1в", угнетавших население"27.

Российские правительства уже давно имели в виду эту опасность: чтобы права арендаторов не распростирались на личность крестьянина и прямо на его труд, "чтобы евреи не пользовались личным трудом крестьян и чтобы путём аренды они, как не христиане, не владели вообще крепостными христианами". И это запрещалось последовательно: указом 1784, сенатскими постановлениями 1801 и 1813: чтобы "евреи деревнями и помещичьими крестьянами ни под каким названием и наименованием отнюдь не владели, не распоряжались" 28.

Однако изобретательность и евреев и помещиков на том не отказала. К 1816 году Сенат обнаружил, что "евреи изыскали способ владения под названием крестенций", то есть по условиям с помещиками снимать "с полей посеянный крестьянами их... хлеб и сено, который те же крестьяне должны вымолотить, свозить к винокурням, у евреев же на аренде состоящим, и смотреть за волами, на корм [к крестьянам] поставленными, притом давать евреям рабочих и подводы... евреи вполне таковыми имениями распоряжаются.. . вместе с тем и помещики, получая от них выгодную за имения аренду, под названием крестенций, запродают евреям весь будущий урожай, в полях их засеянный: почему заключить можно, что упомянутым средством подвергают крестьян своих голоду"29.

Сдаются в аренду как будто не сами крестьяне, а только "крестенция" - а результат тот же самый.

Но и, несмотря на все запреты, практика "крестенций" гибко продолжалась. Запутанная сложность была и в том, что многие помещики и сами попадали в долги к своим арендаторам-евреям, получали от них деньги под залог своего имения, - вот евреи и распоряжались тем имением и трудом крепостных. Но когда в 1816 Сенат "постановил отобрать у евреев имения", он предоставил им же самим заботиться о возврате одолженных сумм. Кагальные депутаты тут же принесли всеподданнейшую просьбу об отмене этого распоряжения - и главноуправляющий духовными делами иностранных исповеданий кн. А.Н.Голицын убедил Государя, что "несправедливо повергать один класс виновных наказанию, изъемля из оного" помещиков и чиновников. Помещики "могут ещё выиграть, если откажутся возвратить данные им за крестенций капиталы и самую крестенцию удержат в свою пользу"; отдав земли евреям вопреки закону, теперь обязаны вернуть им деньги 30.

Служивший в те годы в армии в западных губерниях будущий декабрист П.И.Пестель, уж никак не защитник самодержавия, а пламенный республиканец, записал некоторые свои наблюдения о тамошних евреях. Наблюдения эти Пестель включил частично в исходные положения своей государственной программы ("наказ для временного Верховного правления"). "Ожидая Мессию, считают себя евреи временными обывателями края, где находятся, и потому никак не хотят земледелием заниматься, ремесленников даже отчасти презирают и большею частью одною торговлею занимаются". - "Еврейские духовные лица, называемые раввинами, содержат свой народ в неимоверной от себя зависимости, запрещая именем веры всякое чтение каких бы то ни было книг, кроме Талмуда... Народ, не ищущий просветиться, останется всегда под властью предрассудков"; "Зависимость евреев от раввинов идёт так далеко, что всякое приказание, сими данное, исполняется свято и беспрекословно". - "Тесная между евреями связь даёт им средства большие суммы накоплять... для общих их потребностей, особенно для склонения разных начальств к лихоимству и ко всякого рода злоупотреблениям, для них, евреев, полезны(м]". Как они легко становятся владетельными, "ясно видеть можно в тех губерниях, где жительство своё они имеют. Вся торговля там в их руках и мало там крестьян, которые бы посредством долгов не в их власти состояли; отчего и разоряют они ужасным образом край, где жительствуют". - "Прежнее правительство [Екатерины] даровало им много отличных прав и преимуществ, усиливающих зло, которое они делают", -например, право не давать рекрутов, право не объявлять об умерших, право судиться между собой по приговорам раввинов, а "сверх того они всеми теми же правами пользуются, как и прочие народы христианские". И "ясным образом усмотреть можно, что евреи составляют в государстве, так сказать, своё особенное совсем отдельное государство и при том ныне в России пользуются большими правами, нежели сами христиане". Так "не может далее длиться такой порядок вещей, утвердивший неприязненные отношения евреев к христианам и поставивший их в положение, противное общественному порядку в государстве"31.

В последние годы царствования Александра I состоялось общее устрожение экономических и прочих запретов против еврейской деятельности. В 1818 сенатский указ:

впредь "христиан евреям ни по какому случаю в выслугу за долги не отдавать"32. - В 1819 указ о прекращении "работ и услуг, отправляемых крестьянами и дворовыми людьми для евреев"33, Тот же Голицын докладывал комитету министров, что "христиане, живущие в домах у евреев, "не только забывают и оставляют без исполнения обязанности христианской веры, но принимают обычаи и обряды еврейские""34. И состоялось решение о "недержании евреями в домашнем услужении христиан""35. При этом считалось, что "это было бы полезно и для бедных евреев, которые могли бы заместить христианскую прислугу"se. Однако такого не произошло. (И как не удивиться: в еврейской городской массе были бедность и нищета, "большей частью бедные, едва снискивающие себе пропитание"37, - но вовсе никогда не наблюдалось обратное: евреи не шли в домашнее услужение к христианам. Значит - были и удерживающие соображения, но и средства к жизни от сплочённых общин.)

Однако уже с 1823 использовать наём христиан разрешено евреям-откупщикам. Да "строгое соблюдение запрета", например христианам не обрабатывать землю евреев, "с... трудом осуществлялось] на практике"38.

В те же годы, в ответ на быстрое развитие секты субботников в Воронежской, Самарской, Тульской и других губерниях, приняты были меры к устрожению и черты оседлости. Так, "в 1821 евреи, обвинённые в "тяжком порабощении" крестьян и казаков, были изгнаны из сельских местно-стей Черниговской губернии, в 1822 - из деревень Полтавской" зв.

В 1824 Александр I, заметив, при поездке по Уральскому хребту, на горных заводах "значительное число евреев, которые, "занимаясь тайной закупкой драгоценных металлов, развращают тамошних жителей ко вреду казны и частных заводчиков"", повелел, "чтобы евреи "отнюдь не были терпимы как на казённых, так и на частных заводах в горном ведомстве""40.

Сходно подрывала казну и контрабанда вдоль всей западной границы России, бестаможенный провоз товаров и продуктов в обе столицы и торговля ими. Губернаторы доносили, что контрабандой занимаются преимущественно евреи, как раз и заселяющие густо пограничную полосу. В 1816 было распоряжение по Волынской губернии полностью выселить евреев из 50-вёрстной приграничной полосы, даже в течение трёх недель. Выселение по этой губернии продолжалось 5 лет, и произведено лишь частично, а с 1821 новый губернатор разрешил евреям возвращаться на свои места. - В 1825 состоялось постановление общее, но гораздо осторожнее: выселению подлежали лишь те евреи, кто не был приписан к местным кагалам, либо не имел в приграничной полосе своей недвижимости41. То есть теперь выселять намеревались лишь явно нахожих. Впрочем, мера не проводилась последовательно.




Cтатья опубликована на сайте "Солженицын. Сайт об Александре Исаевиче Солженицыне. Книги Солженицына, рассказы, крохотки":
https://solzhenicyn.ru

Адрес статьи:
https://solzhenicyn.ru/modules/myarticles/article_storyid_556.html